:: urbansheep (urbansheep) wrote,
:: urbansheep
urbansheep

  • Music:

Sheepsday

Пили кофе с Олесей. В ШК.

Олеся, в своих замечательных брюках „зеркальный варан“, принесла мне обратно Хайнлайновскую „Уплыть за закат“, и „ГП и Философский камень“. Потом, устроившись и разобравшись с меню, рассказывала о новом модном тренде среди старых, больных женщин — считать, что в твоей жизни уже всё было, молодость прошла, всё самое интересное уже прошло и никогда ничего впереди не случится. Всё это — вне зависимости от того, насколько удачна твоя жизнь сейчас, понятное дело.

Потом Олеся навещала по телефону одну из своих подруг, попавших в стационар, и проникновенно и понимающе с ней беседовала, пока я заглатывал панини с ветчиной под миндальный капучино.

Дальше наша беседа состояла из моих небольших рассказов о поездке в СПБ, мы мерялись личной историей (действо, которое повторяется регулярно, и заканчивается всегда олесиной победой — что и неудивительно, в общем), Олеся снова и снова брыкалась в ответ на мои ехидные подколки, в конце концов сказав, что я достиг пика ехидности, и такой степени вредности она от меня ещё не видела.

Лирическое о.: Когда я стану старым, но бодрым, а потому истеричным полупаралитиком, я напишу мемуары, и озаглавлю их „Пушистая Зараза, Inc., воспоминания Городской Овцы“.

После лёгкого ужина Мы двинулись в сторону книжной „Москвы“, по дороге в который бедная зайка была, чувствуется, допечена до такой степени, что меня не замечала, спрашивала „А вы сейчас с кем говорили? Кто этот мужчина?“. После этого она защищала от меня свою самооценку, и в таком нескучном времяпрепровождении нас и встретила „Москва“. В книжном мои попытки везде следовать за Лесей и нагло заглядывать через плечо, были пресечены, и мне оставалось лишь с тоской во взоре передвинуться в дальний угол с литературой на английском языке, и мешаться у людей, рассматривающих стоящую там литературу, под ногами.

  • Spaceland // Rudy Rucker (долго раздумывал, но затяжной финансовый кризис, и всё такое)

Закончилось это тем, что Леся нашла меня, нежно прошипела „бросил меня, куда пошёл — не сказал, скрылся, и вообще“ — и тут же отошла к стеллажу. Я же пока посмотрел „правильное применение глаголов (для изучающих русский язык)“, ужаснулся тому, как это всё должны понимать несчастные иностранцы, и потихоньку исчез в сторону философско-психологических томов в другом зале, открыв первую страницу тома о связях прошлого с настоящим, и почти сразу закрыв его — кое-кто сказал, что хватит уже тут, пора на выход.

На обратном пути Олеся снова упоминала о каких-то мифических девушках, которые „крайне неравнодушны к урбаншипу, но не понимают, почему он на них никак не реагирует и ничего не предпринимает“. Судя по тому, что эта линия поднимается уже в третий (или пятый?) раз за год, и неизменно с примечанием „names withheld“, это просто такая городская легенда. Красная рука, чёрная простыня, девушки, неравнодушные к урбаншипу.

Венцом встречи стало подведение Олесей итогов нашей встречи, выразившееся в словах об отрицательном КПД и рассказах мне о моём непомерном нарциссизме, а заодно и попыткой стёботерапии травматических детских переживаний о приставаниях ко мне первертов-педофилов (кто из нас больше стебался, сказать сложно). В общем, вечер удался, наверное.



olesya — wow!

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 22 comments