:: urbansheep (urbansheep) wrote,
:: urbansheep
urbansheep

Category:
  • Music:

Об очевидном секрете успеха Джоан Роулинг

Вдвоём, они сидели за столом, доедая пиццу с последним в доме сыром, кетчупом и остатками колбасно-ветчинного набора. Разрезав на две справедливо-треугольные части последний кусок, и подобрав влажным пальцем оставшиеся на тарелке крошки, одна из девушек продолжает начатую мысль, одновременно стараясь не налить молоко из пакета мимо чашки.

— ... Зая... Ты обратила внимание, что Роулинг довольно неуютно чувствует себя в роли „сказочницы“? Такой, кондовой тётки, сюсюкающей с детьми и взрослыми? Её аж всю плющит — oversimplified and overacting at the same time. Вводные и акценты (может быть, лишь поначалу так?) ей удаются очень тяжело — и в русском переводе это превращается во что-то невообразимое. Но зато как только она уходит в сам процесс рассказа — она увлекается, лишь потом подбавляя в историю сверху „лубочных акцентов“, вроде то и дело рявкающих, визжащих, ноющих магглов, каких-то очевидных, излишних „дорисовок“ словами, типа таких:

Professor McGonagall pulled out a lace handkerchief and dabbed at her eyes beneath her spectacles. Dumbledore gave a great sniff as he took a golden watch from his pocket and examined it. It was a very odd watch. It had twelve hands but no numbers; instead, little planets were moving around the edge. It must have made sense to Dumbledore, though, because he put it back in his pocket and said, "Hagrid's late. I suppose it was he who told you I'd be here, by the way?"

В этом, наверное, „детскость“ и есть — я просмотрела кое-какие наши с тобой старые книги, похожие короткие, упрощённые предложения есть и там. Для относительно взрослого человека (к которым мы с тобой не относимся) эти преувеличения излишни — ты привыкаешь со временем сокращать, осушать повествование, так как эмоциональная часть жизни у среднестатистического взрослого человека скукожившаяся и бесцветная донельзя. И длинные предложения для взрослого привычнее — внимание дольше держится. А тут — подчёркнуто яркие, резкие краски, по три-пять слов в предложении. Запомни это, я пока продолжу.

Сестра кивает, отламывая кусок шоколадки, и положив его в рот, сжимает зубами, освободив пальцы, и что-то записывая в блокноте.

— И, смотри, она увлекается повествованием, которое хоть и упрощается, но чем дальше, тем меньше. Повторы и детали помогают точно ориентироваться в событиях, и прекрасно сопровождают развитие и сплетения сюжета, а вот эта увлечённость Роулинг рассказом делает рассказ захватывающим.

— Да, ты права. И, по-моему, эти самые повторы имеют две полезные функции. Во-первых, в отличие от довольно серьёзных „взрослых“ книг, использующих окружающую реальность, либо подразумевающих иной мир, в ГП чувствуется потребность в своём мире внутри реальности, который и создаётся этой подчёркнутой детализацией (здесь можно упомянуть умный термин гиперреальность, обозначающий как раз сверхглубокую, прориосванную, отчётливаю реальность вокруг).

Во-вторых, для ребёнка (и для взрослого, у которого ещё не атрофировалось воображение и каналы восприятия) вещи описывать гораздо интереснее — твои описания становятся живыми, эмоциональными, и делают повествование реальнее. Вспомни подход к деталям Макса Фрая в цикле об Ехо — живые, отсылающие к известным примерам (Рутгер Хауэр в Джуффине! Ха! Никогда не забуду!). И это создаёт характеры, создаёт антураж.

Наконец, в-третьих — не знаю, специально ли это делала Джоан Роулинг, но насыщенные деталями тексты иногда напоминают мне сценарий — не хватает лишь явных заметок для гримёров, костюмеров, художников, операторов, но и то, что уже есть в тексте, живописует сцены и эпизоды почти идеально. Не исключено, что это и обусловило успех фильмов — огромная часть мира уже была прописана и проработана, продумана и прочувствована самим автором. Так что, если бы Роулинг не написала детскую книгу, она бы стала успешным сценаристом. Так что тут, как видишь, всё в смеси — по-американски „разжёванный“ текст из пресной каши превращается в в съедобный и вкусный мюсли-продукт.

— Так-то оно так... — перелистывающая страницу за страницей, её подруга на мизинец свободной руки задумчиво накручивает кончики волос. Откладывает книгу, берёт палм, пролистывает несколько экранов стилусом, снова просматривает книгу. — Но русский перевод пугающий, смотри сама.

«

With a strangled cry, Uncle Vernon leapt from his seat and ran down the hall, Harry right behind him. Uncle Vernon had to wrestle Dudley to the ground to get the letter from him, which was made difficult by the fact that Harry had grabbed Uncle Vernon around the neck from behind. After a minute of confused fighting, in which everyone got hit a lot by the Smelting stick, Uncle Vernon straightened up, gasping for breath, with Harry's letter clutched in his hand.

»

«

Дядя Вернон со сдавленным криком вскочил и метнулся в коридор. Гарри рванул за ним. Дяде Вернону пришлось повалить Дадли на землю, чтобы вырвать у него из рук письмо, а это оказалось непросто, потому что Гарри сзади обхватил дядю Вернона за шею. После непродолжительной, но жаркой схватки, в которой каждый получил по нескольку ударов узловатой палкой, дядя Вернон распрямился, тяжело дыша, но зато сжимая в руке письмо, адресованное Гарри.

»

Заметь, это один из лучших примеров, где собственно ошибок переводчика нет, но сам русский язык то и дело оказывается при переводе слишком банальным и утрированным, и возможностей для перефразирования почти не остаётся. Ощущение складывается такое, что богатый русский язык эмоционально ограничен в средствах.

И вот здесь мы возвращаемся с тобой к тому, что я говорила сначала, о том, что Роулинг некомфортно сюсюкать, и она отказывается от упрощений, как только возникает такая возможность. Так вот, после трёх просмотренных серий, и после пролистанных поперёк томов, я уверяюсь в том, что ГП — это сказки в первую очередь для взрослых, которые, впервые за долгое время, выполнены на мастерском уровне — на котором всегда и делались прежде сказки, которые, хоть и считались детской литературой, толком не осознавались. Если предложить сейчас нашим с тобой ровесникам и ровесницам перелистать свою программу по иностранной литературе, класса эдак второго-третьего, со сказками Перро и Гриммов, не говоря уж о Андерсене — многие за голову хватятся, после переосмысления.

Также и с ГП — там тоже есть весьма тяжёлые, по-детски жёсткие моменты и эпизоды, которые взрослые видят и воспринимают совсем иначе. Совсем иначе, с учётом своего прошлого опыта. Вот такое у меня мнение.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments