October 31st, 2003

vanity

[ L ] Transhuman Space

«

In the coming decades, technologies like genetic engineering, artificial intelligence, and nanotechnology will transform humanity. A strange new world is unfolding -- nightmarish to some, utopian to others. Soon we'll have the power to reshape our children's genes, build machines that think, and upload our minds into computers.

And Earth no longer confines us. Space tourism, mining the Moon and asteroids, a settlement on Mars: all are dreams poised to take wing.

The universe of Transhuman Space is a synthesis of these two visions -- a world in which ultra-technology and space travel fuse to forge a new destiny for mankind. Neither utopia nor dystopia, it is a place of hopes, fears, and new frontiers.

»

vanity

Фонетическое // нюансы

Кстати, moedusaMoe произносит и пишет слово „нюанс“ единым певучим потоком, без этого невкусного „йу“, которое появляется у некоторых из-за мягкого знака после первой „н“.

Я это замечаю постольку, поскольку это же произношение и написание являются моими родными, и поэтому увидеть ещё одно сходство между нами обоим приятно. Мы издадим две книги потом — „тысяча и одно сходство moe and ubs“, и „пять тысяч различий Двух Ликов Будды“.

souloveme?

Социализационное // "...sorry"

Вчера мы с Олесей успешно сходили в Ленком на постановку „Сорри“ по сценарию Александра Галина. Спектакль по сути состоял исключительно из одной длинной сцены, разделённой на две логические части. В целом, особенного удовольствия сама пьеса не вызвала, и, как написано в моём блокноте — это тоже случай, когда процесс важнее, чем результат. Главные роли играли Караченцов с Чуриковой, которые, как ни старались, не сумели вытянуть само произведение — уж слишком тяжелым анахронизмом стали все основные, „болевые“ темы, которые там затронуты.

Зато — и это гораздо важнее — мне удалось пообщаться с Лесей, посмотреть на неё живьём (хотя потом она пыталась меня обвинить в том, что мы так редко встречаемся из-за меня и моей мизантропии. Да-да, дорогая, ты совершенно права, я во всём виноват!), и побыть среди людей, которые меня не замечали („социализация по-нашему“). Интересно было посмотреть, в какие моменты смеётся зал и в какие становится смешно мне — выяснилось, что обычно эти моменты не совпадают. Мой смех, как правило, звучит в тех случаях, когда слова героев затрагивают какие-то косвенно увязанные струны воспоминаний и связей, то, что называется „шутками для посвящённых“.

* * *

Акцентировать внимание на том, что у меня вчера уходили поезда из-под носа и всё шло не совсем так, как надо, не буду — ощущения важности в этом не было, знаковости никакой не чувствовалось, да и закончилось это ещё перед спектаклем. Ещё мне показалось, что прекрасная спутница слегка скучала (потом это „слегка“ стало очень весомым, примерно после антракта) и прослушала где-то треть из того, что я говорил и ещё примерно столько же недослушала, но мы же умные девочки, а потому принимать на свой счёт ничего не будем, укорять себя за скучность и занудность не станем, а свою глупую манерность спишем на mood swing. Мне же всё понравилось, аха. Кроме того, общению и разговорам на общие темы о личной жизни всё вышеперчисленное не помешало.

В рамках того же развлечения с „посмотреть“ я попробовал сформулировать для себя причины того ощущения комфорта, которое обеспечивает Олеся собеседнику. Было интересно. Понимание медленно приходит, несмотря на то, что затея это старая. Людей, которые умеют делать это, слишком мало. Мё, опять же... иногда... И, насколько я помню, Кошка, тоже иногда... Что-то вроде assumed trust, подразумеваемого понимания, доверия и принятия, вне зависимости от обстоятельств.


 

vanity

Соционическое // зарисовка

Два Лондона, негромко, но внушительно разговаривая и сдержанно размахивая руками на всю улицу, прошли мимо государственной думы, около которой вовсю митинговали какие-то люди.

— Опять эти безумные экстраверты! — не задумываясь выкрикнул один Лондон другому, тыкая пальцем в группку, сгрудившуюся вокруг своих, как-то сразу поникших, да и без того вялых, транспарантов.

— Орут, бушуют, смотри! — толкнул Лондон товарища локтем, на что тот хохотнул и дружески хлопнул первого по спине, и вместе они пошли в сторону Тверской, продолжив прерванный разговор, тактично и негромко заглушая голосами проезжающий мимо транспорт.

Митинговавшие Робеспьеры с прекрасно скрываемой ненавистью смотрели им в спины и громко, уничижительно и безразлично молчали. Какой-то Жуков среди них пытался связать несколько простых мыслей и выразить своё и общее негодование. Не получалось. Каждый раз у него вырывалось только одно нецензурное слово, на этом риторика Жукова иссякала.

На Москву опускался мягкий предвыборный снег.

  • Current Music
    Back To Mine — VA (Mixed By Talvin Singh)